Незаметно пролетело время и я вдруг понял, что уже год назад  окончательно принял решение о переходе в А3BEAUTE. И, как говорится, пацан сказал — пацан сделал. Конечно, это было не простое решение. Меня поймут те, кто бросал государеву службу и уходил в неизведанное море частной практики. Странно, но до сих пор многие пациенты меня спрашивают, не жалею ли я о том, что ушёл из государственной медицины. Одна пациентка даже сказала, что если бы у неё был выбор между мной там и мной здесь, то она, безусловно, выбрала бы больницу.

Даже не знаю, что сказать. Наверно, у наших людей есть подсознательное преклонение перед чем-то глобальным, самодержавным или гербовым. Словом, государственным. Наверно со времён перестройки и кооперативов часть людей считает, что частник "...мне не друг и не родственник...", как пел Владимир Семёнович. Считает, что у государства всё по-честному, всё по ГОСТу. У нас даже тушенку и сгущенку покупают лучше, если на ней стоит знак качества или надпись ГОСТ. На самом деле тот, кто работает или работал на госслужбе, знает, что вяжущая, как незрелая хурма и путающаяся в своих портках бюрократия, косность, рутина, твердолобость и очковтирательство до сих пор отличительные признаки нашей государственности.

Вспоминаю, как однажды я задал вопрос главному врачу больницы, в которой работал: "как же мы будем лицензироваться, если в операционной нет санпропускников с душевой, как это предписано последними правилами?" Главный рассмеялся и сказал: "Мы — часть государства и они (комиссия) тоже. Если они нас не отлицензируют, то кто же будет план выполнять? А перестраивать оперблок — огромные деньги нужны. Кто же нам их даст? Отлицензируют, как миленькие!"

Итак, в ноябре будет год, как я плюнул на незаработанную хирургическую пенсию и ушел из больницы. Доволен ли я этим решением? Нет, наверно не доволен, потому что это надо было сделать  раньше! Сейчас у меня, наконец, появилось больше времени, чтобы заниматься любимым делом. Не надо отвлекаться на мысли: а где достать новый наркозный аппарат, или машину для липосакции, или купить нитки, как построить рекламу и т.п. Может даже выполню данное папе слово и напишу диссертацию.

Сейчас у меня, наконец, появилось больше времени, чтобы заниматься любимым делом.

Сейчас у меня, наконец, появилось больше времени, чтобы заниматься любимым делом.

А в новой клинике — как в сказке. Всё будто "по-щучьему велению" покупается, достаётся, строится, снимается... Нет, я конечно понимаю, что за этим стоит колоссальный труд людей, каждый из которых на своём месте хорошо выполняет свою работу. И обеспечить это может лишь слаженная команда профессионалов. Мог ли я представить, что придя на работу в Атрибьют, уже через пару месяцев увижу фильм, который снимет про меня наш отдел коммуникаций?

Кто-то мне возразит: но там же была БОЛЬНИЦА! Отвечу: да, ну и что? Легко разобрать по пунктам. Что у нас в приоритете? Правильно! Безопасность пациента. Уверяю, там, где я работаю сейчас, она не только не страдает, но и превосходит по всем параметрам.

Каждая палата оборудована мониторами пациента, кислородом, тревожными кнопками и видеонаблюдением.
Каждый операционный день в клинике дежурит анестезиолог, чаще тот, который обеспечивал наркоз, а значит, он знает тонкости проведенной операции.
В клинике установлено самое современное анестезиологическое оборудование, о котором в больнице я мог только мечтать.

Недостаточно? Тогда идём дальше. Считаю, что эстетическая хирургия, как часть пластической хирургии и область платной медицины, должна проводиться в подобающих условиях, начиная от входа в клинику, продолжая палатами, внешним видом персонала и его манерами. В больнице я двадцать лет просил, чтобы мне дали помещение с отдельным входом — и будет всем счастье, и администрации и нам. И ладно бы не было площадей, — они периодически появлялись, но тут же занимались кем-то другим. А мои палаты выходили в один коридор с блуждающими по нему пациентами с висящими из под рваного халата желчными дренажами. И не только палаты. Мой кабинет приёма был там же! Представляете, прихожу на работу, смотрю на диванчик, который я сам покупал для своих пациенток, а на нем живописно развалился и храпит бомж со всеми каноническими бомжу спецэффектами. Часть пациентов, записанных на консультацию, уходили прочь, не дойдя до кабинета из за непривычных запахов или чьей-то «вежливости».

Сейчас с удивлением думаю: и чего же я ждал? Как поёт Сергей Трофимов «…как поздно мы становимся мудрее, ценой утрат, ошибок и потерь…» Вы спросите: но было же что-то хорошее? Конечно, было! Я мог бесплатно оперировать сотрудниц больницы. С согласия руководства, которое закрывало глаза и не задавало ненужных вопросов. Совесть не позволяла брать денег со своих коллег, с которыми годами варился в одной "ГОСТовской каше". В Атрибьют — иначе. Даже если я решу оперировать сам себя, то, безусловно, будет скидка, но не бесплатно. Наверно это оборотная сторона медали "щучьего веления". И еще, за время работы в больнице я приобрёл много друзей, которые за много лет стали близкими. Эти люди близкими и остались. И в больнице. И здесь, в Атрибьют.

Хотитеперемен?


Обсудим этона консультации

Записаться